Гость редакции «Вечернего Харькова» — заведующий кафедрой наркологии Харьковской медицинской академии последипломного образования, доктор медицинских наук, профессор, заслуженный изобретатель Украины Иван Сосин.

Три снимка в день – опасный звоночек
— Иван Кузьмич, добрый день. Меня зовут Сергей. Насколько я знаю, селфимания признана психическим расстройством. Моя девушка просто поведена на селфи – не проходит дня, чтобы она не сделала несколько снимков с помощью телефона. И каждый раз обязательно выкладывает на своей страничке в соцсетях. Может, у нее уже зависимость? Как это распознать? Есть ли четкая граница между увлечением и патологией?

— Действительно, селфимания признана психическим заболеванием, которое получило название «селфит». Но четкой границы между увлечением и патологией в психиатрии и наркологии не существует. Это процесс индивидуальный и развивается постепенно в зависимости от ритма жизни, характера, размышлений о вредности и безвредности. Однако есть определенные ориентиры.

Так, если человек фотографирует себя не более трех раз в день без особого желания выставлять свои снимки в социальных сетях – это так называемый пограничный селфит. Это крайний вариант нормы, при котором уже стоит задуматься о том, что человека тревожит, что в жизни не устраивает. Но такой вариант легко может перерасти в острую форму, когда человек делает уже более трех собственных фото в день и обязательно размещает на своих страничках в соцсетях. Автофотографирование в любой удобный момент с последующим размещением снимков в интернете – это уже хроническая форма. Это как наркотик – хочется еще и еще… Причем если возможности поделиться снимком у человека нет – он испытывает состояние, схожее с ломкой у наркозависимых: дискомфорт, желание найти сеть любой ценой. То есть проявляется так называемый синдром отмены, который проявляется в раздражительности, беспокойстве, гневливости, может проявляться сложная агрессия, бессонница, уныние и даже депрессия.

Кстати, существует множество видов селфи, каждое из которых даже получило свое название.

<Вопрос>— И какие же это виды, интересно?

— Ну, допустим, лифтлук — один из самых популярных видов селфи, когда человек снимает свое отражение в зеркале лифта. Туалетный лук – название говорит само за себя: место действия – санузел (ванная, туалет). Вспомогательный предмет все тот же – зеркало.

— Часто можно встретить селфи, на которых девушки намеренно «по-утиному» складывают губки…

— Верно. Это одна из разновидностей селфи, которая так и называется – «дакфейс», то есть утиное лицо. Его особенность – надутые и выпяченные вперед губы. Такое выражение часто придают своему лицу девушки и женщины, считающие, что именно так они выглядят более сексуально.

Еще есть «релфи» – (от английского relationship и selfie ) – фотографирование с любимым человеком. Кстати, по мнению психологов, этот вид фотографий больше всего раздражает подписчиков соцсетей.

Каждый лайк под фото сродни «эмоциональному поглаживанию»
— Здравствуйте, Иван Кузьмич. Меня зовут Ирина. Объясните, чем вызвана селфи-зависимость? Почему человек это делает?

— Это может быть вызвано как слишком завышенной самооценкой, так и заниженной, а также острой нехваткой живого общения.

Люди, страдающие селфитом, часто недовольны своей внешностью. Так женщина, снова и снова фотографируя себя и выставляя снимки в интернет, ищет подтверждения, что она еще ничего и востребована у мужчин. Начинающий лысеть мужчина в стремлении избавиться от комплекса возрастных изменений делает селфи одно за другим в поисках удачного ракурса, при котором не будет видна его лысина. Подросток с большими ушами снова и снова снимает себя, дабы получить снимок, на котором он себе понравится и т. д. И каждый лайк у них под фото – сродни «эмоциональному поглаживанию» , комплименту, доброму слову, которых человек не получает в реальной жизни от близких людей. Со временем такая похвала становится жизненной необходимостью. Человеку требуется все больше и больше лайков, и конца этому не будет – проблема остается нерешенной.

Также, увы, сегодня нередки случаи, когда, следуя моде и желанию заполучить больше лайков, селфи делаются на фоне больных людей, чужой беды, чрезвычайных происшествий. И это тоже расстройство психики. Зависимость от селфи тесно связана с другой зависимостью – от просматривания чужих селфи, фактически подглядывания за чужой жизнью. Чаще всего ею страдают люди, будни которых не насыщены событиями и яркими красками. Их жизнь – это обычный, ничем не примечательный быт. И из-за своей лени и пассивности они не способны поменять все в лучшую сторону. Им остается только смотреть на фото других людей, в том числе и знаменитостей, и как бы проживать их бурную жизнь вместе с ними.

Чем опасна селфимания
— Добрый день. Меня зовут Нина Павловна. Иван Кузьмич, я заметила, что моя дочь очень увлекается селфи, доходит просто до фанатизма. Объясните, чем опасна селфимания?

— Во-первых, в погоне за максимальным количеством лайков человек решается на экстремальные селфи. Ради удачного снимка он лезет на крыши домов, на поезда, на какие-то высоковольтные опоры, снимает себя в процессе падения с моста, прыжка с обрыва и так далее. Тем самым он подвергает свою жизнь опасности.

Во-вторых, патологическая зависимость от селфи чревата суицидом. Например, известен случай, когда селфи-зависимый делал по 200 фото в день и попытался покончить с собой, когда идеальный снимок не получился.

— Лечится ли эта зависимость?

— Конечно. Прежде всего специалисты проводят психологические тесты, чтобы определить наличие тревожности, депрессии, суицидальных наклонностей, которые бывают от разочарования, а также сопутствующих форм зависимости – кофеиновой, никотиновой и т.д. И назначается лечение. В основном оно проводится посредством психотерапии в сочетании с фармакотерапией. Положительный эффект возможен только при идентификации проблемы самим селфистом. Процесс этот достаточно длительный, и рецидивы не исключены.

— А часто люди обращаются по этому поводу за помощью?

— Несмотря на глобальные масштабы проблемы, обращаемость к специалистам очень низкая. В основном бьют тревогу родственники селфимана, которые замечают его замкнутость, падение успеваемости, суицидальные настроения. Сам же зависимый человек, как правило, всю опасность своего состояния не осознает и к врачам за помощью не обращается. Поэтому обнародование этой ситуации просто необходимо.

Неуверенность в себе вызывает тату-зависимость
— Здравствуйте, меня зовут Александра. Иван Кузьмич, можно ли пристрастие к татуировкам, которыми сегодня увлекаются все поголовно, считать зависимостью?

— Совершенно однозначно могу сказать, что тату вызывает зависимость. Я на эту тему проводил исследования со студентами и фиксировал их психологические настроения, мнения. Так вот сам процесс создания тату и ощущение наличия образов на своем драгоценном теле – это все трансформирует личность в сторону «крутизны», в сторону самоутверждения. Одна из моих студенток сделала на лопатках татуировку в виде орлиных крыльев. После этого она в своем сознании переступила некую грань – стала решительнее, ей понравилось, что на нее обращают внимание. Поменялась психология. И она этого не скрывает. И появилось желание сделать следующее тату…

Таким образом, люди, движимые желание добавить еще одну татуировку, а затем еще одну, впадают в зависимость и покрывают рисунками все тело. На коже не остается ни одного свободного квадратного сантиметра, задействуют даже слизистые.

— Селфи-зависимость, например, чревата суицидом. Может ли вызвать такие настроения тату-зависимость? Или она более безопасная?

— Безусловно, может. Допустим, на каком-то этапе наступает разочарование, потому что тату уже негде размещать. Человек пытается удалить старые рисунки и сверху наносить новые – в конце концов появляется чувство неудовлетворенности, возникают мысли о суициде…

— Какова природа этой зависимости — недовольство человека своей внешностью или дефицит уверенности в себе?

— Здесь присутствуют и физиологическая, и психологическая составляющие. Но в любом случае главенствует психологическая. Плюс играет роль, в какую компанию попал подросток. Если все вокруг делают татуировки – до него тоже обязательно дойдет очередь. Усугубляют ситуацию слабый характер, неуверенность в себе и т.д.

— Нередко можно услышать от человека, который сделал татуировку, что этот рисунок на теле в корне изменил его жизнь, мол, он себя по-другому ощущает, все поменялось к лучшему и т.д. Иван Кузьмич, как специалист, какую бы альтернативу татуировке вы могли бы предложить, чтобы человек по-другому посмотрел на свою жизнь?

— Это целый комплекс тренингов при депрессии, при реактивных состояниях, это гипноз и т.д. Но только не замена. Замена – это уже будет другая зависимость, пришедшая на смену тату.

Чем опасен «собачий кайф»?
— Иван Кузьмич, добрый день. Меня зовут Елена. Как мама девятиклассника я очень обеспокоена таким пристрастием школьников, как «собачий кайф», о котором я случайно услышала от сына. Объясните, что это такое и чем опасно?

— Это так называемые «игры с асфиксией», умышленное «самоудушение», когда ребенок сам или с помощью других детей пережимает большими пальцами рук сонные артерии, тем самым ограничивая доступ кислорода к мозгу. Собачий кайф бывает в форме практики так называемого дозированного затягивания веревки на шее, а потом ее ослабления. В результате наступает фаза эйфории – появляется легкость, какие-то приятные образы и так далее. И такая тенденция сейчас действительно существует среди школьников.

Опасность «собачьего кайфа» очевидна. Заключается она не только в том, что происходит вмешательство в кровоснабжение мозга, но и существует огромный риск передозировки давления с трагическими последствиями, при которых потребуется реанимация.

— А какие еще зависимости существуют у подростков?

— Например, заппинг – страсть к переключению каналов посредством пульта. Родители начали жаловаться, что школьники часами проводят в кресле и заняты лишь беспрерывным переключением каналов. То есть у них развивается как бы клиповое восприятие – мелькание кадров им требуется для получения «кайфа». Они могут посвящать этому занятию времени даже больше, чем они проводят в школе. Ребенок отупевает, у него портится осанка, происходят нарушения пищеварительного тракта, поскольку принимает пищу он «на ходу» после школы. Это тоже зависимость – пультомания, которая опасна тем, что эффективность учебы, коэффициент интеллекта снижается. Это доказано. Кстати, такая привычка характерна не только для молодежи.

Существует у подростков и такая зависимость, как трихотиломания. Когда у ребенка на почве нервной раздражительности, слабости нервной деятельности, замкнутости возникает навязчивое желание выдергивать сначала ресницы и брови, а потом – и волосы на голове. Трихотиломания носит характер психологического расстройства. Поэтому практически единственным методом излечения являются психотерапевтические методы лечения.

К подростковым заболеваниям в какой-то мере можно причислить также булимию. Это поглощение огромного количества еды и как результат – ожирение. Сегодня булимия приобрела поистине невероятные масштабы в связи с несоответствием между принятыми стандартами красоты и реальным здоровым телом человека. Заболевание часто сопровождается другими патологическими состояниями. Не в силах справиться со своими пагубными привычками, страдающие булимией нередко пытаются покончить жизнь самоубийством.

Существует такое расстройство, как спортивная аддикция – стремление к рискованным, экстремальным видам спорта, вызывающим резкий стресс с последующим ощущением подвига. Или вообще увлеченность спортом, доходящая до фанатизма.
Личное дело Иван Кузьмич Сосин родился 19 мая 1938 года в с. Октябрьское Красноградского района Харьковской области. В 1964 году окончил Харьковский медицинский институт по специальности «лечебное дело». После окончания вуза до 1973 года работал врачом-психиатром в областной психиатрической больнице Нововодолажского района.

С 1973 по 1976 год работал старшим научным сотрудником, руководителем научно-организационного отдела Харьковского института неврологии, психиатрии и наркологии (ныне — институт неврологии, психиатрии и наркологии АМН Украины). С 1976 по 1978 год — главврач Харьковской городской клинической психиатрической больницы. С 1981 года по сегодняшний день — заведующий кафедрой наркологии ХМАПО. Доктор медицинских наук, профессор, заслуженный изобретатель Украины.

Женат, есть дочь Лариса (врач) и внучка Ангелина (школьница). Хобби — здоровый образ жизни. Смысл жизни – познать больше.

печать

© "Вечерний Харьков"
При любом использовании материалов сайта, гиперссылка на vecherniy.kharkov.ua обязательна. Редакция "Вечернего Харькова" может не разделять точку зрения авторов статей и ответственности за содержание републицируемых материалов не несет.